Строительство Севастополь

Строительство в Севастополе — сообщество мастеров строителей и отделочников

 

Москва.Ленинградский проспект, 27. Ажурный дом или Дом Бурова. Ажурный дом на ленинградском проспекте


Я живу в Ажурном доме — The Village

Валентина Киселёва, пенсионерка, 80 лет: Мой покойный муж жил в этом доме с 1941 года, а я попала сюда в 1960 году. Мы много путешествовали по Германии, Чехии, Венгрии, Болгарии и Румынии, поэтому можно сказать, что здесь я начала постоянно жить только в 1977 году. До пенсии я работала врачом-хирургом, помогала детям с заячьей губой и волчьей пастью, а муж был инженером по железобетону, строил всякие станции и прочее.

Я живу в двухкомнатной квартире на пятом этаже. Все мои окна выходят во двор, это солнечная сторона. Пыли здесь мало, но, если я открою окна, в комнатах будет не только душно, но и ужасно жарко, и я вообще тут погибну. К счастью, вечером всё быстро проветривается, и я могу нормально спать. Вообще, мне не нравится здесь жить. Я просто не люблю этот дом: всё рушится, то зальют, то ещё что-нибудь произойдёт.

Про Ажурный дом я знаю совсем мало, хотя у нас раньше даже книжка была, но куда-то запропастилась. Я помню, что это был первый блочный дом, его построил товарищ Буров. Муж мне говорил, что здесь в железобетоне не хватает щёлочи, поэтому строение быстро развалится. И действительно, сейчас я не могу поменять окна, потому что они вываливаются потихоньку. Кроме того, от фасада здания отваливаются плитки, одну машину даже пробило. У меня есть подзорная труба, и я наблюдаю, как всё здание облезает и рушится, — не дом, а ужас! Никто ничего не чинит, ведь наш дом относится не к Мосжилимуществу, а к министерству культуры.

Мне давно ещё муж говорил, что у нас под домом есть бомбоубежище, из которого ведут три выхода: на бега, к гостинице «Советской» и ещё куда-то. Я тогда ему не верила, думала, он просто дурака валяет. А потом встретила товарища, который имел отношение к гражданской обороне, и он мне всё подтвердил. После этого я и сама под дом спускалась, но там теперь всё завалено хламом и мусором.

Скорее всего, этот дом строили для высокопоставленных товарищей, хотя квартиры в нём фиговые. Например, в угловых все комнаты проходные. Самая лучшая планировках в тех, которые выходят на проспект: в них все комнаты изолированные. Но в любом случае во всех квартирах очень маленькие кухни. У меня, к примеру, только четыре квадратных метра. Пришлось заложить балкон, чтобы на кухне поместился холодильник. Кухни маленькие, потому что это был дом коммунистического быта. Ещё когда я была студенткой и мы с моим мужем только встречались, на первом этаже находилась столовая, в которой за плату можно было брать еду и разогревать у себя. Но потом на месте столовой открыли магазин.

После войны в Ажурном доме жили очень приличные люди: были и генералы, и заслуженные врачи, и спортсмены. Во времена моего студенчества здесь жили Симонов и Серова, у них любовь была. А почему я знала, что это Симонов, так мне наш электрик Николай Васильевич рассказал — он Симонову электричество чинил. Другая наша соседка, портниха, шила для Серовой шторы и одежду. Ещё здесь жила чемпионка мира по фигурному катанию Ира Моисеева. Её мама была заслуженным врачом, а папа, кажется, Героем Советского Союза. Неудивительно, что здесь раньше столько фильмов снимали.

Сейчас из стареньких нас человек шесть осталось: кто-то давно получил квартиру и переехал, а кто-то умер. Врачи наш дом называют «раковым корпусом»: за последние два года от онкологии здесь не стало семи человек, ещё пятеро борются с болезнью. Я проверяла дом на радиацию, но она в пределах допустимой нормы.

Раньше старшей по дому была Алласанна (Алла Александровна. — Прим. ред.), когда она умерла, должность занял её сын, Антон. Алласанна была потрясающей женщиной. Она окончила художественный институт, вела для нас всевозможные кружки, устраивала праздники, субботники. Например, на Новый год, после домашнего застолья, мы все собирались в вестибюле, куда приносили пироги и музыку на все случаи жизни. Танцы и веселье продолжались до утра. К сожалению, сейчас такого больше нет. Только с другими бабками собираемся на скамейке, мужики ведь давно поумирали. Но я стараюсь быть инициативной, постоянно приглашаю других пенсионеров сходить куда-нибудь, для этого развешиваю объявления. Иногда меня даже спрашивают: «Валя, а что мы так долго никуда не ходим?» Например, у нас рядом с домом есть Международный университет, где с сентября по май студенты проводят потрясающие концерты. Сейчас у меня ещё одна мечта есть — собрать всех и пойти в картинную галерею, которая недавно открылась на фабрике «Большевик». Вообще, мы любим искусство, иногда собираемся у меня, завариваем чай и рассматриваем книгу о Ренессансе.

Восемь лет назад мне поставили ножной протез. Какое-то время я ходила в кружок для инвалидов, где нас обучали рукоделию. После этого и начала мастерить разные вазы из всякого барахла, очень хотелось занять себя чем-нибудь. Сначала на помойках собирала интересные вещи, а сейчас мне периодически под дверь подкидывают то люстру, то лампу какую-нибудь. Иногда приносят очень любопытные вещи, например люстру XIX века. Не могу сказать, что я что-то особенное делаю, это просто дурь в голове. Своими поделками я украшаю коридоры. Жильцы по-разному к этому относятся: четвёртый этаж равнодушен, третий очень любит, а на втором этаже много новеньких, им как-то до лампочки всё это. Ещё мои поделки берут на выставки — недавно мне за участие в них подарили телевизор. Также у нас в подъезде много рисунков — это соседка Таня делает. И фотографии есть, их нам отдало туристическое бюро, которое раньше находилось в доме. Для детей я вешаю разные игрушки и картинки со зверятами, им нравится.

www.the-village.ru

Ленинградский проспект 27 - Ажурный дом - Дом Бурова

Приметное здание по адресу Ленинградский проспект, 27 получило в народе два названия – Ажурный дом (за наличие узорчатых решеток на фасаде) и Дом Бурова (по фамилии одного из архитекторов).

Возвели его на месте одной из хозяйственных построек Московского ипподрома, на пересечении с Беговой аллеей, начало которой обозначено двумя прямоугольным постаментами бывших въездных ворот к конноспортивному комплексу. На пилонах установлены скульптурные группы «Диоскуры, укрощающей коней», появившиеся здесь еще в 1899 году.

Авторами проекта стали известные в Советском Союзе архитекторы Андрей Константинович Буров и Борис Николаевич Блохин.

Ленинградский проспект, дом 27 в Москве

Фото 1. Ленинградский проспект, 27 в городе Москве

Вопреки тогдашним нормам градостроительства, «ажурный» дом возвели не вдоль красной линии, а значительно отступив от нее. Главной особенностью строения стали узорчатые решетки, выполненные из бетона и прикрывающие собой кухонные лоджии.

Узорчатое переплетение имеет два разных рисунка, основой которых послужили эскизы известного живописца Владимира Андреевича Фаворского по растительной тематике. Эта архитектурная деталь изначально была призвана не только украсить дом, но и спрятать от глаз посторонних, например, развешенное на лоджиях белье, что точно не придавало бы изыска зданию на одной из центральных городских улиц.

Фасадная часть здания муарового цвета, сопоставима с мраморным оттенком. Говорят, что первоначально такой колер стен не был предусмотрен, а все случилось совершенно случайно: Бурову сообщили со строительного комбината, что получить ровный цвет бетонного покрытия не удается, после чего он велел добавлять краситель в бетон во время его заливки в формы. Разводы все равно остались, но в новой цветовой гамме они смотрелись уже более благородно – под мрамор.

Ажурный дом на Ленинградском проспекте

Фото 2. Ажурный дом на Ленинградке иногда называют домом Бурова

Высота дома на Ленинградском проспекте, №27 – шесть этажей. Его объем выполнен в простой, несколько «индустриальной» форме. В просторном подъезде, причем единственном, устроено три лестничных марша, ведущих в расположенные буквой П сопряженные корпуса строения.

Внутреннее оформление выполнено без присущих сталинским элитным домам лепнины и мозаики: это неудивительно, т.к. архитектор Буров строил дом как образец будущего стандартного жилья для обычных советских людей. Правда, первыми жильцами стали все же семьи старших офицеров армии и правоохранительных органов, хотя комфортабельными и элитными местные квартиры трудно было назвать даже тогда: совмещенные санузлы, кухни 4-метровые, комнаты по 14 и 17 квадратов, расположение квартир коридорного типа.

Ажурный дом в Москве

Интересна была задуманная планировка. Так, первый этаж отводили под социальные объекты для обслуживания жильцов дома, а вот сами квартиры располагались на этажах, начиная со второго, который наряду с третьим, считались самыми престижными уровнями.

К сожалению, воплотить в жизнь все задуманное не удалось из-за начала войны с фашистами в 1941 году, а потому в подвалах здания оборудовали бомбоубежища, квартиры, рассчитанные на одну семью, превратили в коммуналки, социальную инфраструктуру не создавали (к ней вернулись только после войны, и то в усеченном виде).

Ажурный дом под номером 27 на Ленинградском проспекте так и не стал типовым. После войны средств на восстановление страны не хватало, и поэтому о всяких украшениях фасадов в виде узорчатых решеток больше ни шло и речи – строили что попроще и подешевле, да и на смену крупноблочному строительству пришла технология панельного производства.

Памятная табличка на доме №27 по Ленинградскому проспекту в Москве

История и факты о доме с узорами на фасаде

В 1930 году Андрей Константинович Буров, после своей командировки в Соединенные Штаты Америки, вернулся с идеей устройства жилых домов совместно с инфраструктурными объектами общественного и социального назначения. Именно так он и проектировал свой новый дом.

Здесь должны были быть ресторан (именно этим и объясняется небольшая площадь кухонь, на которых пищу, принесенную из этой точки общепита, предполагалось только разогревать, а не готовить), продовольственный магазин, парикмахерская, а также дошкольные детские учреждения – сад и ясли. Попасть в них можно было не выходя из дома – туда вели отдельные двери прямо из подъездного пространства (в действительности, это так и не было реализовано).

Проездные ворота ипподрома у ажурного дома в городе Москве

История дома связана с именами известного советского поэта Константина Михайловича Симонова и актрисы Валентины Васильевны Серовой. Здесь они прожили вместе вплоть до 1949 года, после чего перебрались в квартиру на Гоголевском бульваре.

В гости к поэту однажды попал будущий режиссер Эльдар Александрович Рязанов, который принес мастеру свои стихи. Рецензию на них он так и не получил, но в дальнейшем Симонов высоко оценивал его фильмы и пьесы.

В этом доме родилась прославленная фигуристка Ирина Валентиновна Моисеева, которая в паре с Андреем Миненковым стала чемпионкой мира и серебряным призером Олимпиады 1976 года в танцах на льду.

Ажурный дом на Ленинградском проспекте, 27 включен в список московских памятников архитектуры. Его необычный вид привлекает российских режиссеров, которые снимают здесь новые кинокартины, среди которых, например, «Москва. Центральный округ – 3». Таким же вниманием пользуется и стоящий по-соседству «дом-сороконожка».Дома и достопримечательности на Ленинградском проспекте в Москве

progulkipomoskve.ru

Москва.Ленинградский проспект, 27. Ажурный дом или Дом Бурова

Приметное здание по адресу Ленинградский проспект, 27 получило в народе два названия – Ажурный дом (за наличие узорчатых решеток на фасаде) и Дом Бурова (по фамилии одного из архитекторов).

Возвели его на месте одной из хозяйственных построек Московского ипподрома, на пересечении с Беговой аллеей, начало которой обозначено двумя прямоугольным постаментами бывших въездных ворот к конноспортивному комплексу. На пилонах установлены скульптурные группы «Диоскуры, укрощающей коней», появившиеся здесь еще в 1899 году.

Авторами проекта стали известные в Советском Союзе архитекторы Андрей Константинович Буров и Борис Николаевич Блохин.

Фото 1. Ленинградский проспект, 27 в городе Москве

Вопреки тогдашним нормам градостроительства, «ажурный» дом возвели не вдоль красной линии, а значительно отступив от нее. Главной особенностью строения стали узорчатые решетки, выполненные из бетона и прикрывающие собой кухонные лоджии.

Узорчатое переплетение имеет два разных рисунка, основой которых послужили эскизы известного живописца Владимира Андреевича Фаворского по растительной тематике. Эта архитектурная деталь изначально была призвана не только украсить дом, но и спрятать от глаз посторонних, например, развешенное на лоджиях белье, что точно не придавало бы изыска зданию на одной из центральных городских улиц.

Фасадная часть здания муарового цвета, сопоставима с мраморным оттенком. Говорят, что первоначально такой колер стен не был предусмотрен, а все случилось совершенно случайно: Бурову сообщили со строительного комбината, что получить ровный цвет бетонного покрытия не удается, после чего он велел добавлять краситель в бетон во время его заливки в формы. Разводы все равно остались, но в новой цветовой гамме они смотрелись уже более благородно – под мрамор.

Фото 2. Ажурный дом на Ленинградке иногда называют домом Бурова

Высота дома на Ленинградском проспекте, №27 – шесть этажей. Его объем выполнен в простой, несколько «индустриальной» форме. В просторном подъезде, причем единственном, устроено три лестничных марша, ведущих в расположенные буквой П сопряженные корпуса строения.

Внутреннее оформление выполнено без присущих сталинским элитным домам лепнины и мозаики: это неудивительно, т.к. архитектор Буров строил дом как образец будущего стандартного жилья для обычных советских людей. Правда, первыми жильцами стали все же семьи старших офицеров армии и правоохранительных органов, хотя комфортабельными и элитными местные квартиры трудно было назвать даже тогда: совмещенные санузлы, кухни 4-метровые, комнаты по 14 и 17 квадратов, расположение квартир коридорного типа.

Интересна была задуманная планировка. Так, первый этаж отводили под социальные объекты для обслуживания жильцов дома, а вот сами квартиры располагались на этажах, начиная со второго, который наряду с третьим, считались самыми престижными уровнями.

К сожалению, воплотить в жизнь все задуманное не удалось из-за начала войны с фашистами в 1941 году, а потому в подвалах здания оборудовали бомбоубежища, квартиры, рассчитанные на одну семью, превратили в коммуналки, социальную инфраструктуру не создавали (к ней вернулись только после войны, и то в усеченном виде).

Ажурный дом под номером 27 на Ленинградском проспекте так и не стал типовым. После войны средств на восстановление страны не хватало, и поэтому о всяких украшениях фасадов в виде узорчатых решеток больше ни шло и речи – строили что попроще и подешевле, да и на смену крупноблочному строительству пришла технология панельного производства.

Московский ипподром

Памятная табличка на доме №27 по Ленинградскому проспекту в Москве

История и факты о доме с узорами на фасаде

В 1930 году Андрей Константинович Буров, после своей командировки в Соединенные Штаты Америки, вернулся с идеей устройства жилых домов совместно с инфраструктурными объектами общественного и социального назначения. Именно так он и проектировал свой новый дом.

Здесь должны были быть ресторан (именно этим и объясняется небольшая площадь кухонь, на которых пищу, принесенную из этой точки общепита, предполагалось только разогревать, а не готовить), продовольственный магазин, парикмахерская, а также дошкольные детские учреждения – сад и ясли. Попасть в них можно было не выходя из дома – туда вели отдельные двери прямо из подъездного пространства (в действительности, это так и не было реализовано).

Проездные ворота ипподрома у ажурного дома в городе Москве

История дома связана с именами известного советского поэта Константина Михайловича Симонова и актрисы Валентины Васильевны Серовой. Здесь они прожили вместе вплоть до 1949 года, после чего перебрались в квартиру на Гоголевском бульваре.

В гости к поэту однажды попал будущий режиссер Эльдар Александрович Рязанов, который принес мастеру свои стихи. Рецензию на них он так и не получил, но в дальнейшем Симонов высоко оценивал его фильмы и пьесы.

В этом доме родилась прославленная фигуристка Ирина Валентиновна Моисеева, которая в паре с Андреем Миненковым стала чемпионкой мира и серебряным призером Олимпиады 1976 года в танцах на льду.

Ажурный дом на Ленинградском проспекте, 27 включен в список московских памятников архитектуры. Его необычный вид привлекает российских режиссеров, которые снимают здесь новые кинокартины, среди которых, например, «Москва. Центральный округ – 3». Таким же вниманием пользуется и стоящий по-соседству «дом-сороконожка».

Дом-сороконожка на Беговой улице, 34

Оригинальное здание по адресу улица Беговая, дом 34 в народе получил множество наименований – это и дом-сороконожка, и дом на ножках, и даже дом-осьминог. Возвели его накануне проводившейся в Москве Олимпиады-1980 по авторскому проекту архитектора Андрея Дмитриевича Меерсона.

Расположено строение неподалеку от Ленинградского проспекта.

Улица Беговая, дом 34 в Москве

Фото 1. Улица Беговая, 34 в городе Москве

По-соседству находятся два примечательных объекта – Ажурный панельный дом и бывшие Беговые ворота, на которых размещены скульптурные композиции «Диоскуры, укрощающей коней», появившиеся на этом месте в 1899 году при обустройстве Московского ипподрома и являющиеся копией скульптур петербургского Аничкового моста.

Сам проект разрабатывался не как жилое здание, а как гостиница для размещения гостей Олимпиады-80. Его высотность по плану составляла 16 этажей, покоящихся на высоких железобетонных опорах – «ногах», соразмерных уровню 4-х этажей. В конечном итоге, этажей оставили всего 13 и несколько изменили нижнюю часть строения.

Первыми жильцами дома на Беговой, 34 стали работники машиностроительного завода, называвшегося в советское время «Знамя Труда». Среди москвичей здание получило имя «дом авиаторов».

Кроме 13 жилых этажей, в доме предусмотрено и два технических, один из которых занимает последний уровень строения, а второй размещен под опорами.

По фасаду устроено три подъезда, нулевые этажи которых смещены от фасадной плоскости и представляют собой отдельные строения, которые сообщаются с «домом-сороконожкой» лишь лестничными маршами с окошками-бойницами и лифтовыми шахтами.

Сегодня существуют две версий появления у дома на Беговой, 34 столь высоких опор:

Первая гласит, что это было сделано для недопущения скапливания на прилегающей территории выхлопных газов от автомобилей, которыми была запружена одна из главных городских магистралей – рядом проходящий Ленинградский проспект. Благодаря такому устройству опор, создавался эффект сквозняка, который и относил газы от дома.

Есть доказательства того, что дом-сороконожку планировалось построить в районе Водного стадиона на набережной Москвы-реки. Поддомовое пространство должно было служить для прохода к береговой линии и свободному движению воздушных потоков. Не предупредив архитектора, который мог бы скорректировать проект, дом решили возвести на нынешнем месте.

История и факты

Жильцы придумали своему дому и другое название – «избушка на курьих ножках». Такое сравнение тоже имеет место быть из-за необычного конструктивного решения.

Стоит отметить, что всего опор у здания 40, которые размещены попарно. Их особенность еще и в том, что они имеют заужение к основанию, что вызывает ассоциацию уже с щупальцами представителя океанских глубин, за что строение получило название «дома-осьминога».

История здания на Беговой улице, 34 связана с советским кинематографом.

Так, место под ним, которое в 1962 году занимало владение №36, можно увидеть в картине «Семь нянек», а непосредственно сам дом появляется в нескольких сценах фильма «Тушите свет», выпушенного в 2008 году. «Дом авиаторов» не остается без внимания режиссеров и в настоящее время

russianpulse.ru

Ажурный дом в Москве

Построенный незадолго до Великой Отечественной войны "Ажурный дом" (также известный как "Кружевной дом", "дом-аккордеон" и дом Бурова) планировался в качестве типового проекта, но волей судьбы остался в единственном экземпляре и стал одной из самых известных архитектурных достопримечательностей Москвы.

 

Шестиэтажный жилой дом П-образной формы был построен в 1936-1940 годах и стал одним из первых жилых домов, возведённых из крупных бетонных блоков заводского изготовления - по этой причине его считают первым многоэтажным панельным домом в Москве. Особенностью дома, за которую его прозвали ажурным и кружевным, являются изящные бетонные решётки в виде цветочного орнамента, закрывающие кухонные лоджии и то, что на них находится. Декоративные решётки выполнены по рисункам известного графика Владимира Флаворского. Есть у дома и другая декоративная особенность, менее заметная - панели на внешних стенах выглядят так, словно сделаны из мрамора, но на самом деле они тоже бетонные; секрет в том, что на заводе в бетон добавили краситель - по легенде, это была вынужденная мера, вызванная невозможностью добиться равномерного оттенка бетона. Так или иначе, благодаря этой детали дом не требует дополнительной внешней окраски, и дошёл до нас в том же самом цвете, в котором и был построен.

 

Сейчас это не так уж очевидно, но изначально проект задумывался как типовой - для массовой жилой застройки; его авторы - архитектор и инженер-изобретатель Андрей Буров и архитектор Борис Блохин. Появление на фасаде дома ярких декоративных элементов в виде цветочного орнамента - результат амбициозных задач, которые поставил перед собой Андрей Буров при разработке проекта жилого здания массовой застройки: по мнению архитектора, массовая советская застройка должна была быть не только практичной и функциональной, но и красивой, а жильцы дома должны иметь доступ к развитой инфраструктуре шаговой доступности. В какой-то степени это сказалось и на планировке квартир: кухни в них специально сделаны маленькими, поскольку предполагалось, что готовить для жильцов будут в ресторане на первом этаже, а в квартирах еда будет только разогреваться. Помимо ресторана, в доме также должны были быть гастроном, парикмахерская и детский сад, причём проход к ним предполагалось сделать прямо из подъезда. Идеи подобного обслуживания жильцов и взгляды на социальную инфраструктуру архитектор привёз из США, куда он ездил в командировку в 1930 году.

 

К сожалению, стать массовым проекту было не суждено: началась война, подвалы переоборудовали под бомбоубежища, а в квартиры поспешно заселяли по несколько семей. После войны массовое домостроение проект отвергло: страну нужно было восстанавливать, и выбор пал на более дешёвые и простые строения.

 

Сейчас "Ажурный дом" - памятник архитектуры, притягивающий взгляды прохожих и автомобилистов своим необычным и красивым видом. А ещё про него шутят: мол, вот какой дальновидный был архитектор Буров - предвидел, что люди будут хранить на балконах всякое говно, и с помощью красивых декоративных решёток спрятал позор с глаз долой.

 

Адрес, по которому находится "Ажурный дом": Ленинградский проспект, 27. Добраться до него можно пешком от станций метро "Динамо" и "Белорусская" Замоскворецкой линии, а также от станции "Беговая" Таганско-Краснопресненской.

mosprogulka.ru

Москва.Ленинградский проспект, 27. Ажурный дом или Дом Бурова | Блог Vlad

Приметное здание по адресу Ленинградский проспект, 27 получило в народе два названия – Ажурный дом (за наличие узорчатых решеток на фасаде) и Дом Бурова (по фамилии одного из архитекторов).

Возвели его на месте одной из хозяйственных построек Московского ипподрома, на пересечении с Беговой аллеей, начало которой обозначено двумя прямоугольным постаментами бывших въездных ворот к конноспортивному комплексу. На пилонах установлены скульптурные группы «Диоскуры, укрощающей коней», появившиеся здесь еще в 1899 году.

Авторами проекта стали известные в Советском Союзе архитекторы Андрей Константинович Буров и Борис Николаевич Блохин.

Фото 1. Ленинградский проспект, 27 в городе Москве

Вопреки тогдашним нормам градостроительства, «ажурный» дом возвели не вдоль красной линии, а значительно отступив от нее. Главной особенностью строения стали узорчатые решетки, выполненные из бетона и прикрывающие собой кухонные лоджии.

Узорчатое переплетение имеет два разных рисунка, основой которых послужили эскизы известного живописца Владимира Андреевича Фаворского по растительной тематике. Эта архитектурная деталь изначально была призвана не только украсить дом, но и спрятать от глаз посторонних, например, развешенное на лоджиях белье, что точно не придавало бы изыска зданию на одной из центральных городских улиц.

Фасадная часть здания муарового цвета, сопоставима с мраморным оттенком. Говорят, что первоначально такой колер стен не был предусмотрен, а все случилось совершенно случайно: Бурову сообщили со строительного комбината, что получить ровный цвет бетонного покрытия не удается, после чего он велел добавлять краситель в бетон во время его заливки в формы. Разводы все равно остались, но в новой цветовой гамме они смотрелись уже более благородно – под мрамор.

Фото 2. Ажурный дом на Ленинградке иногда называют домом Бурова

Высота дома на Ленинградском проспекте, №27 – шесть этажей. Его объем выполнен в простой, несколько «индустриальной» форме. В просторном подъезде, причем единственном, устроено три лестничных марша, ведущих в расположенные буквой П сопряженные корпуса строения.

Внутреннее оформление выполнено без присущих сталинским элитным домам лепнины и мозаики: это неудивительно, т.к. архитектор Буров строил дом как образец будущего стандартного жилья для обычных советских людей. Правда, первыми жильцами стали все же семьи старших офицеров армии и правоохранительных органов, хотя комфортабельными и элитными местные квартиры трудно было назвать даже тогда: совмещенные санузлы, кухни 4-метровые, комнаты по 14 и 17 квадратов, расположение квартир коридорного типа.

Интересна была задуманная планировка. Так, первый этаж отводили под социальные объекты для обслуживания жильцов дома, а вот сами квартиры располагались на этажах, начиная со второго, который наряду с третьим, считались самыми престижными уровнями.

К сожалению, воплотить в жизнь все задуманное не удалось из-за начала войны с фашистами в 1941 году, а потому в подвалах здания оборудовали бомбоубежища, квартиры, рассчитанные на одну семью, превратили в коммуналки, социальную инфраструктуру не создавали (к ней вернулись только после войны, и то в усеченном виде).

Ажурный дом под номером 27 на Ленинградском проспекте так и не стал типовым. После войны средств на восстановление страны не хватало, и поэтому о всяких украшениях фасадов в виде узорчатых решеток больше ни шло и речи – строили что попроще и подешевле, да и на смену крупноблочному строительству пришла технология панельного производства.

Московский ипподром

Памятная табличка на доме №27 по Ленинградскому проспекту в Москве

История и факты о доме с узорами на фасаде

В 1930 году Андрей Константинович Буров, после своей командировки в Соединенные Штаты Америки, вернулся с идеей устройства жилых домов совместно с инфраструктурными объектами общественного и социального назначения. Именно так он и проектировал свой новый дом.

Здесь должны были быть ресторан (именно этим и объясняется небольшая площадь кухонь, на которых пищу, принесенную из этой точки общепита, предполагалось только разогревать, а не готовить), продовольственный магазин, парикмахерская, а также дошкольные детские учреждения – сад и ясли. Попасть в них можно было не выходя из дома – туда вели отдельные двери прямо из подъездного пространства (в действительности, это так и не было реализовано).

Проездные ворота ипподрома у ажурного дома в городе Москве

История дома связана с именами известного советского поэта Константина Михайловича Симонова и актрисы Валентины Васильевны Серовой. Здесь они прожили вместе вплоть до 1949 года, после чего перебрались в квартиру на Гоголевском бульваре.

В гости к поэту однажды попал будущий режиссер Эльдар Александрович Рязанов, который принес мастеру свои стихи. Рецензию на них он так и не получил, но в дальнейшем Симонов высоко оценивал его фильмы и пьесы.

В этом доме родилась прославленная фигуристка Ирина Валентиновна Моисеева, которая в паре с Андреем Миненковым стала чемпионкой мира и серебряным призером Олимпиады 1976 года в танцах на льду.

Ажурный дом на Ленинградском проспекте, 27 включен в список московских памятников архитектуры. Его необычный вид привлекает российских режиссеров, которые снимают здесь новые кинокартины, среди которых, например, «Москва. Центральный округ – 3». Таким же вниманием пользуется и стоящий по-соседству «дом-сороконожка».

Дом-сороконожка на Беговой улице, 34

Оригинальное здание по адресу улица Беговая, дом 34 в народе получил множество наименований – это и дом-сороконожка, и дом на ножках, и даже дом-осьминог. Возвели его накануне проводившейся в Москве Олимпиады-1980 по авторскому проекту архитектора Андрея Дмитриевича Меерсона.

Расположено строение неподалеку от Ленинградского проспекта.

Улица Беговая, дом 34 в Москве

Фото 1. Улица Беговая, 34 в городе Москве

По-соседству находятся два примечательных объекта – Ажурный панельный дом и бывшие Беговые ворота, на которых размещены скульптурные композиции «Диоскуры, укрощающей коней», появившиеся на этом месте в 1899 году при обустройстве Московского ипподрома и являющиеся копией скульптур петербургского Аничкового моста.

Сам проект разрабатывался не как жилое здание, а как гостиница для размещения гостей Олимпиады-80. Его высотность по плану составляла 16 этажей, покоящихся на высоких железобетонных опорах – «ногах», соразмерных уровню 4-х этажей. В конечном итоге, этажей оставили всего 13 и несколько изменили нижнюю часть строения.

Первыми жильцами дома на Беговой, 34 стали работники машиностроительного завода, называвшегося в советское время «Знамя Труда». Среди москвичей здание получило имя «дом авиаторов».

Кроме 13 жилых этажей, в доме предусмотрено и два технических, один из которых занимает последний уровень строения, а второй размещен под опорами.

По фасаду устроено три подъезда, нулевые этажи которых смещены от фасадной плоскости и представляют собой отдельные строения, которые сообщаются с «домом-сороконожкой» лишь лестничными маршами с окошками-бойницами и лифтовыми шахтами.

Сегодня существуют две версий появления у дома на Беговой, 34 столь высоких опор:

Первая гласит, что это было сделано для недопущения скапливания на прилегающей территории выхлопных газов от автомобилей, которыми была запружена одна из главных городских магистралей – рядом проходящий Ленинградский проспект. Благодаря такому устройству опор, создавался эффект сквозняка, который и относил газы от дома.

Есть доказательства того, что дом-сороконожку планировалось построить в районе Водного стадиона на набережной Москвы-реки. Поддомовое пространство должно было служить для прохода к береговой линии и свободному движению воздушных потоков. Не предупредив архитектора, который мог бы скорректировать проект, дом решили возвести на нынешнем месте.

История и факты

Жильцы придумали своему дому и другое название – «избушка на курьих ножках». Такое сравнение тоже имеет место быть из-за необычного конструктивного решения.

Стоит отметить, что всего опор у здания 40, которые размещены попарно. Их особенность еще и в том, что они имеют заужение к основанию, что вызывает ассоциацию уже с щупальцами представителя океанских глубин, за что строение получило название «дома-осьминога».

История здания на Беговой улице, 34 связана с советским кинематографом.

Так, место под ним, которое в 1962 году занимало владение №36, можно увидеть в картине «Семь нянек», а непосредственно сам дом появляется в нескольких сценах фильма «Тушите свет», выпушенного в 2008 году. «Дом авиаторов» не остается без внимания режиссеров и в настоящее время

×

cont.ws

Ажурный дом Бурова на Ленинградском проспекте

Советское архитектурное наследие досталось нам примерно в таком виде: сталинка — хорошо, потолки высокие, но уже строят лучше, ”хрущовка” — маленькая, «бабушатник» и т.д. Но есть и такие дома, которые подтверждают гипотезу о том, что во времена социализма были люди, действительно желающие строить для народа хорошо и красиво, чтобы не только заселить страждущих, но и сделать приятно тем, кто будет находиться снаружи дома. Одним из образцов благих намерений, воплощённых в жизнь, стал Ажурный дом авторства Андрея Бурова.

Личность этого архитектора, безусловно, заслуживает внимания. Во-первых, живший и творивший в первой половине XX века архитектор Андрей Буров был не только архитектором, но и механиком, переводчиком, исследователем, словом, специалистом, который не концентрируется на узких рамках своей специальности, но постоянно ищет новое и интересуется всем.

Кроме того, эстетическим взглядам Бурова не был свойственен тот нарочитый аскетизм, который был характерен для многих архитекторов того времени (хотя в начале своей карьеры и он поддался этой моде), и Ажурный дом оказался удачным продуктом синтеза домов для народа и почти ”буржуйской” красоты.

Ажурным дом назвали из-за его отделки — декоративные решетки балконов, выполненные по эскизам графика Фаворского, известного книжного оформителя, необычайно украшали дом и выполняли одновременно охранную функцию, делая балконы непроницаемыми для чужих глаз. Кроме того, для своего времени дом Бурова, как его впоследствии прозвали, стал и строительным новаторством — это был первый дом, созданный из заводских бетонных панельных блоков, а также первый дом из окрашенного бетона (это была вынужденная мера, так как в процессе изготовления не удавалось добиться равномерного оттенка для всех панелей).

В результате дом стал таким необычным и красивым для своего времени (да и для нашего тоже), что быстро стал достопримечательностью города, а сейчас получил статус архитектурного памятника. Внутри же это совсем обычный дом без каких-либо дизайнерских изысков.

В разное время жителями Ажурного дома были генерал Василий Сталин, поэт Констанин Симонов, актриса Валентина Серова. Причем двое последних жили не в собственных квартирах, а в коммунальных комнатах, потому что дом был именно народным, а не элитным. Сейчас им можно полюбоваться по адресу г. Москва, Ленинградский проспект, 27.

Анастасия БерсеневаКсения Кржижановская

rusmystery.ru

Квартирный вопрос. Ажурный дом

 

Это результат эксперимента. Советские архитекторы с 20−ых годов прошлого века работали над ускорением и удешевлением строительства жилья. Андрей Буров и Борис Блохин придумали складывать дома, как из конструктора, из больших бетонных блоков – вертикальных простеночных и горизонтальных перемычек. Так в 1940 году и вырос этот одноподъездный шестиэтажный красавец с ажурными панелями на фасаде.

 

 

Диана Балашова: «Если бы не эти панели, он был бы банальным, типичным бетонным зданием. Архитекторы и художники искали способ, как сделать типовое дешевое строительство интересным. Дом получился не таким дешевым, как они рассчитывали, но сама попытка найти выход из бетонной безликости заслуживает большого уважения».

 

 

Возвели здание на месте хозяйственной постройки московского ипподрома. Рядом еще сохранились скульптуры – точные копии тех, что украшают Аничков мост в Санкт-Петербурге.

 

 

Они органично смотрятся на фоне мраморных фасадов дома. Вернее, псевдо-мраморных. Чтобы не тратиться на отделку, в бетон добавили краситель и получили разводы и прожилки как в натуральном камне.

 

 

Что касается сказочных деревьев на ажурных плитах, их нарисовал график Владимир Фаворский.

  

Диана Балашова: «В моей художественной школе преподаватели были фанатами Владимира Фаворского, советского графика. Мне еще с детства внушили, что это потрясающий художник и настоящий классик. Когда я узнала, что панели на этом доме сделаны по его эскизам, они понравились мне еще больше. Вообще барельеф и скульптура – очень важный тренд в современном интерьере и экстерьере. Может быть, поэтому этот дом привлекает столь повышенное внимание, поскольку попал в новомодную струю. Ведь по сути все эти 3D−панели, все эти волнистые поверхности и есть барельефы, только упрощенные и удешевленные. А это, конечно же, штучная работа и настоящая вещь».

 

 

Правда, ажурные решетки скрадывают дневной свет. Впрочем, хозяйка одной из квартир в этом доме Татьяна Ровнягина не считает это проблемой.

 

 

Татьяна Ровнягина: «Решетки – это как раз изюминка. Они создают такую уютную атмосферу, что о свете здесь совершенно не думаешь. Естественное освещение всегда можно заменить искусственным, а вот такого уюта добиться трудно. В общем, если бы их не было, их надо было бы придумать».   

 

 

Диана Балашова: «Ажурные панели – это еще и практичное решение. Ведь на балконах люди сушили белье и хранили всякие ненужные вещи. А под окнами Ленинградский проспект и Тверская в двух шагах, здесь ездят правительственные кортежи. И представьте, как на ветру полощутся наволочки. Панели перекрывали этот вид. Да и сейчас в этой квартире на балконе стоят и велотренажер, и стремянка. И тем не менее, все это выглядит аккуратно – с улицы ничего не видно».   

 

 

Кухня в квартире запланирована маленькая, порядка четырех метров. Граждане должны были обедать и ужинать в столовой на первом этаже дома. Но Татьяна с мужем присоединили к кухне пространство проходной темной комнатки, и получилось почти 11 метров.

 

 

Еще одна особенность – французские балкончики и окна-двери в пол. Из-за них батареи располагались на боковой стене и мешали ставить мебель. Так что жильцы как могли решали и решают эту проблему.

 

Татьяна Ровнягина: «У нас дверь была, но предыдущие хозяева закрыли нижнюю часть и повесили там батарею. А мы уже сделали все капитально. Некоторые, кто переделывает окна, красят нижнюю часть под изначальный коричневый».  

 

 

Потолки высокие, около четырех метров, но комнаты не велики. Одна чуть больше 14 метров, вторая около шестнадцати. Площадь ограничена, но место нашлось и для современной мебели, и для предметов с историей.  

 

 

Татьяна Ровнягина: «Мебель осталась от дедушки. Олег Дмитриевич Чуркин был режиссером-мультипликатором. Наверное, все знают «Маму для мамонтенка», он же снимал «Крошку Енота», и много других. Мы смогли сохранить все, что «влезло» в квартиру, вписалось в интерьер. Ведь эти вещи поистине бесценные».

 

 

Если квартиры маленькие, то подъезд поражает размахом. Лепнины и изразцов нет, зато есть огромные коридоры. Татьяна учила здесь своего сына кататься на роликах и велосипеде. В послевоенное время в коридорах играли дети, на лестничных клетках собирались пообщаться взрослые.

 

 

В доме два лифта и просторный холл – планировалось организовать выход на первый, общественный, этаж, где Буров и Блохин планировали расположить детский сад, ясли, химчистку и столовую. Но началась Вторая Мировая Война, а после нее пришли другие люди и другие, более дешевые, технологии. Ажурный дом не вышел в серию и так и остался экспериментальным.  

 

 

Диана Балашова: «У меня есть история, связанная с этим домом. Мы ехали с заказчиком по Ленинградке и говорили о том, как декорировать его завод, который он строит в Краснодарском крае. Это такая огромная бетонная коробка. И этот дом навел нас на мысль сделать барельеф. Конечно, это получилось совсем не похоже на этот дом – архитекторы долго перерисовывали листья и ягоды винограда, пока они не превратились в минималистичное панно. Но источником вдохновения стал этот дом, который подтолкнул нас на эту работу».   

 

www.peredelka.tv